Исследование: ротавирусная вакцина не повышает риск СД1 у детей

Ротавирус, передающийся фекально-оральным путём, является распространённым вирусом, вызывающим гастроэнтерит. Маленькие дети, особенно в возрасте до 5 лет, подвержены риску тяжёлого течения инфекции. Иммунитет вырабатывается с каждым эпизодом заболевания, поэтому последующие инфекции протекают легче. Ротавирусные вакцины эффективно снизили частоту госпитализаций и смертность от тяжёлых ротавирусных инфекций у детей.

Предполагается, что факторы окружающей среды, включая инфекции, влияют на риск развития сахарного диабета 1 типа. Предыдущие исследования связи между ротавирусной вакциной и риском развития сахарного диабета 1 типа давали противоречивые результаты. Авторы использовали быстрое внедрение и высокий охват (92,8%) ротавирусной вакцинацией среди детей младшего возраста в Норвегии в качестве естественного эксперимента для изучения потенциальной связи между вакцинацией от ротавируса и заболеваемостью сахарным диабетом 1 типа в стране. В Норвегии моновалентная вакцина Rotarix® включена в национальную программу детской иммунизации, как и в Великобритании. В ряде других стран, например в Германии и Италии, используются как Rotarix®, так и пятивалентная вакцина RotaTeq®, тогда как некоторые страны (Финляндия, Исландия) внедрили в свои национальные программы только RotaTeq®.

Rotarix — это пероральная живая аттенуированная вакцина, то есть препарат, созданный из целого вируса или бактерии, ослабленных в лабораторных условиях, чтобы они не вызывали тяжёлого заболевания. При введении вакцина имитирует инфекцию, благодаря чему организм вырабатывает антитела к ротавирусу, не вызывая при этом тяжёлого заболевания из-за ослабленности возбудителя.

В этом когортном исследовании учёные наблюдали за всеми детьми, родившимися в Норвегии в период с 2007 по 2019 год. Они сравнили заболеваемость сахарным диабетом 1 типа у детей, рождённых до и после внедрения ротавирусной вакцины в сентябре 2014 года. За всеми детьми наблюдали в возрасте от 0,5 до 5 лет на предмет развития сахарного диабета 1 типа, при этом продолжительность наблюдения была одинаковой для детей, рождённых до и после внедрения вакцины. Сбор данных продолжался до 31 декабря 2024 года.

Из 740 744 включённых в исследование детей у 846 был диагностирован сахарный диабет 1 типа в возрасте до 5 лет. Анализ прерванных временных рядов, сравнивающий прогнозируемую тенденцию заболеваемости СД1 на основе наблюдений до внедрения ротавирусной вакцины с фактической наблюдаемой тенденцией после её внедрения, показал относительный рост заболеваемости сахарным диабетом 1 типа на 11%.

Отношение рисков для полностью вакцинированных двумя дозами моновалентной ротавирусной вакцины по сравнению с невакцинированными составило 1,17 в скорректированном анализе, что, однако, не было статистически значимым.

Авторы отмечают: «В данном исследовании не было найдено доказательств снижения риска развития сахарного диабета 1 типа после внедрения ротавирусной вакцинации в раннем детстве, однако вместо этого было обнаружено, что заболеваемость сахарным диабетом в возрасте до пяти лет возросла после начала применения ротавирусной вакцины».

Для дальнейшей оценки достоверности основного результата авторы сравнили заболеваемость сахарным диабетом 1 типа среди детей, рождённых до и после других изменений в Норвежской программе иммунизации. Эти изменения использовались в качестве отрицательного контроля, поскольку нет никаких доказательств того, что внедрение вакцины против гепатита В или переход с одной пневмококковой вакцины на другую могли бы повлиять на заболеваемость сахарным диабетом 1 типа.

Следовательно, если связь, наблюдаемая после внедрения ротавирусной вакцины, отражает истинный эффект вакцинации, мы не ожидали бы увидеть аналогичную связь после этих не связанных между собой изменений в вакцинации. Однако заболеваемость сахарным диабетом 1 типа среди детей, рождённых после внедрения вакцины против гепатита В в 2016 году, возросла на ту же величину, что и после внедрения ротавирусной вакцины, а также после перехода с 7-валентной на 13-валентную пневмококковую вакцину в 2011 году. По словам авторов, эти анализы свидетельствуют о том, что первоначальные выводы об увеличении заболеваемости СД1 на 11% у детей, рождённых в период с сентября 2014 года по декабрь 2019 года, могут быть связаны не с внедрением ротавирусной вакцины, а с другими, пока неизвестными изменениями в окружающей среде.

Заболеваемость СД1 в целом росла на протяжении последних десятилетий с некоторыми ежегодными колебаниями. Авторы говорят: «Мы не думаем, что какие-либо изменения в национальной программе вакцинации или их комбинация объясняют рост заболеваемости сахарным диабетом 1 типа. Хотя мы сделали всё возможное при планировании исследования, чтобы исключить влияние других неизвестных факторов, могут существовать и другие невыявленные факторы, поскольку мы наблюдаем одну и ту же картину для всех изменений в национальной программе вакцинации, несмотря на нашу гипотезу о том, что ротавирусная вакцина снизит риск, а две другие вакцины на него не повлияют».

Авторы также рассмотрели другие возможные объяснения наблюдаемого роста в основном анализе, такие как пандемия COVID-19 в 2020 году, после которой во многих странах произошёл рост заболеваемости сахарным диабетом 1 типа, включая Норвегию, где в 2022 году наблюдался временный рост заболеваемости СД1 с последующим снижением. Однако недавнее исследование с участием шведских и норвежских подростков не выявило роста заболеваемости сахарным диабетом 1 типа после перенесённой инфекции COVID-19. Авторы также учли изменение норвежских клинических рекомендаций по пренатальному наблюдению в июне 2018 года, согласно которым стало рекомендоваться измерение концентрации ферритина в сыворотке крови в первом триместре беременности для определения необходимости приёма препаратов железа. В 2006–2018 годах рекомендовалось измерение уровня гемоглобина на 30-й неделе беременности, что является менее чувствительным методом. Предполагается, что высокий уровень железа связан с сахарным диабетом 1 типа. Тем не менее, авторы считают, что изменение рекомендаций не связано с ростом заболеваемости СД1 в Норвегии, поскольку уровень железа во время беременности обычно низкий. Кроме того, они не считают, что это повлияло на исследование, так как единственные дети, которых коснулось изменение рекомендаций и которые были включены в исследование, родились в 2019 году.

Авторы поясняют: «Мы не считаем, что ротавирусная вакцинация повышает риск развития сахарного диабета 1 типа. Мы полагаем, что необходимы дополнительные исследования ротавирусной вакцинации и сахарного диабета 1 типа в различных условиях и с использованием разных вакцин, прежде чем делать какие-либо выводы. Мы также хотим подчеркнуть важность исследований других факторов окружающей среды, которые могут быть связаны с сахарным диабетом 1 типа».

Журнал

Diabetologia